Юлия Батурина: Я видела строгих режиссёров, я не такая

36

Режиссёр Театра на Спасской рассказала о том, почему иногда приходится быть жесткой, и что будет с театром в ближайшем будущем.



В конце прошлого театрального сезона кировчанам объявили, что у "Театра на Спасской", наконец-то, будет новый главный режиссер. Должность заняла Юлия Владиленовна Батурина. Театралам города она уже была известна по участию в "Лаборатории молодой режиссуры" в феврале 2014 года.

Юлия Владиленовна - личность, безусловно, заметная. В течение творческой деятельности она сыграла более 40 ролей и неоднократно награждалась, как лучшая актриса года. Но основные достижения и награды были получены за работу в качестве режиссера-постановщика. За 20 лет - более 70 спектаклей, и многие из них - неоднократные участники фестивалей и лабораторий по всей стране. Журналист портала
Свойкировский.рф встретился с режиссером и узнал, как ей работается в новых стенах, с новой командой, в новом городе.

- После 20 лет службы в Серовском драмтеатре вы переезжаете в Киров, чтобы работать в нашем ТЮЗе. Это было тяжелое решение?
- Нет, легкое. Вообще, в жизни принимать решения не так сложно. В какой-то степени, это жизнь с чистого листа. Мой родной город - Пермь, но я проработала в Серове 20 лет и очень благодарна этому городу. Наверное, и я много сделала для города, и он для меня. Мы так мирно распрощались. Во-первых, нет пророка в своем Отечестве, я не могу сказать, что у меня там замечательные отношения были с директором, я поняла, что нам не сработаться. Олег Семенович Лоевский сказал: "Поедешь со мной в Киров на "Лабораторию молодой режиссуры"? "О, Киров. Знаю, поеду". Потом мне предложили здесь взять творческое руководство театра, и я согласилась. Понимаете, мы часто ошибаемся, полагая, что мы все делаем сами, но это не я принимала решение. Господь вел, и я пошла. Конечно, есть трудности, ну а где их не бывает. Надо просто их решать.

- В одном из интервью для серовского СМИ вы сказали: "За тот месяц, что я провела в Кирове, мне ни один человек не нахамил... Там такой город, там такой зритель. Там удобно жить и работать". Это мнение сохранилось или внеслись какие-то коррективы?
- Сохранилось. Знаете, говорят: "суровый Урал". На Урале люди жестче. И здесь, конечно, встречаются хамы, а где их нет. Но в целом Киров - очень мягкий город. Он мне очень подходит, наверное, этого мне и не хватало в жизни, чего-то человеческого. Все работа, работа, работа, в какой-то степени даже дочь уходила на второй план. Сейчас она не уходит, она уже устраивает свою жизнь сама. Вот свадьбу недавно сыграла.

- Вот уже год, как вы познакомились с Театром на Спасской. Скажите, оправдались ли ваши надежды? Успешно ли происходит взаимодействие с труппой, руководством?
- В Серове с руководством мы не говорили на одном языке. Не то чтобы они нехорошие. Мы же все люди, я умею прощать, и меня, наверное, умеют прощать, но я поняла, что у нас просто цели были разные. А пока мы с Владимиром Ивановичем Грибановым очень хорошо понимаем друг друга, и с завтруппой тоже, и с Еленой Александровной Жуковой, которая распространяет билеты, а у нее не всегда были хорошие отношения с режиссерами. Я 20 лет проработала в театре, я очень хорошо понимаю, что такое - продавать билеты. Тем более, в сегодняшнем положении страны я понимаю, какие спектакли нужно ставить. Поэтому говорить сегодня Владимиру Ивановичу, что я хочу поставить именно эту пьесу и "увидеть Париж и умереть" - мне это не надо. У нас очень хорошие рабочие отношения, они меня понимают, я их понимаю, и это очень важно.

- Не секрет, что каждый новый режиссер дает театру новую жизнь. Александр Клоков был, скорее, классиком, Борис Павлович любил новаторские эксперименты. В каком направлении сейчас пойдет ТЮЗ?
- Мне бы не очень хотелось сравнивать. Это нужно сейчас дать оценку мне, моей работе. Я не знаю. Есть такое выражение - "в этой жизни главное найти человека, который полюбит твоих тараканов и познакомит их со своими". (смеется) Этот момент и происходит. Я показываю театру своих тараканов, а он мне своих. Сейчас очень сложное время. Нас урезали, и те варианты, которые хотели и театр, и я - они невозможны, поэтому мы пока привыкаем к тем условиям, которые нам даны. А спектакли... Мне очень нравится, что сейчас мы будем восстанавливать те спектакли, которые тихонько стоят на полочке, но которые уже любимы зрителями. Например, "Муха Цокотуха" будет восстанавливаться, "Золотое колечко" уже восстановили. О многих спектаклях еще идут разговоры.
А к вопросу о направлении... Если взять спектакли того же Клокова или Павловича, я бы так стопроцентно не говорила, что тот классик, а этот новатор. Да и возраст у них разный. Я, например, не могу назвать одну из визитных карточек Театра на Спасской - "Эквус" Александра Клокова - классикой. Это был новаторский спектакль в свое время. А вот у Бориса, например, ничего новаторского в "Кукушке" нет - это чисто классическая американская история. У нас, в принципе, сейчас то же самое. Я достаточно универсальный режиссер, не хвастаясь, говорю. В моем репертуаре есть и авангардные, и классические постановки. Будем двигаться по разным направлениям, я бы так сказала. Еще очень мало времени прошло. Буквально полгода. На самом деле, это очень маленький период для прихода в театр и знакомства с артистами. Сначала есть притирки, неудобства. Но пока я плохо знаю труппу, все равно плохо. Потому что каждому в душу не залезешь. Но когда есть какие-то моменты, которые меня не устраивают, я им очень откровенно говорю. Я строю по-другому репетиции и понимаю, что не всем это нравится.

- Вы говорите, что полгода - очень маленький срок для знакомства с труппой. А сколько нужно?
- 2 сезона, как минимум. Мы должны понимать и принимать друг друга - это главное. Они должны понять, что да, я такой театральный фанат, но и со мной должны быть такие же люди. Если я тут останусь, то останутся и те, кто захочет со мной работать.

- Вы считаете себя строгим режиссером?
- Нет. По-разному бывает, без диктата тоже не может быть работы, но я пытаюсь за собой следить. Как-то по-человечески все решать. Но не всегда, если честно, получается. Да и люди разные. Кому-то надо, чтобы его погладили - доброе слово и кошке приятно, а кому-то надо, чтобы поругали, чтобы он встрепенулся и начал работать. Я видела строгих режиссеров, я не такая. Что далеко ходить, возьмем гениального Товстоногова, который на репетициях пепельницами, кружками кидался и матом ругался. Я человек эмоциональный, на самом деле, но держу себя в руках. Считаю себя адекватным режиссером, хотя, возможно, если спросить артистов, они скажут по-другому (смеется). С другой стороны, сколько я могла написать докладных, сколько раз лишить премий, но я этого не делаю. Не потому, что боюсь настроить труппу против себя, просто отношусь с пониманием, по-человечески в любой ситуации. И даже когда возникают конфликты, я виню в большей степени себя, что не поняла, не встала на их место.

- А что в ближайших планах?
- "Господа Головлевы". А 5 мая выйдет спектакль "Приснись мне!" по мотивам пьесы М. Рощина "Эшелон" - история про годы войны, про людей, которые верили, ждали, любили.

- Почему зритель ходит в один театр и не ходит в другой?
- Театр - это живая эмоция. Кроме двух эмоций - слезы и смех - ничего нет. И, конечно, нужно думать. Но когда ты смеешься или плачешь, ты же думаешь, что это само собой разумеющееся. Чарли Чаплин говорил, что в кино, да и в театре, нужно смеяться или плакать. А то, что у него получалось одновременно вызывать эти чувства, ну это был Чаплин. Он гений.

- Слышала такое мнение, что театральный режиссер никогда не отдыхает. Он всегда в поиске идей, в разработке спектаклей, погружен в работу. Вы с этим согласны?
- Также и артисты, и завлит. Для человека, который работает в творческом коллективе, это неотъемлемая часть жизни - находиться в бесконечной работе. Если артист хороший, у него так же. Да, он отвлекается, на стиральную машину, на детей, но где-то там, в голове, сидит информация, которую он постоянно обдумывает. Склад ума такой.

- Но все же, когда выпадает свободное время, как вы его проводите?
- Чем люблю заниматься, не всегда получается. Мне нравится настольный теннис, но очень давно не играла. К друзьям в гости хожу, в храм. У меня есть содружеские проекты - в храме Пантелеймона ставила на Рождество постановку, сейчас к Пасхе готовим. Иногда люблю чего-нибудь приготовить своим друзьям. Люблю собирать песочные часы, у меня большая коллекция, но я пока не перевезла ее из Серова.

- Ну и в завершение разговора. Правильно ли я поняла, что в ближайшее время нам не стоит волноваться, что вы покинете Театр на Спасской?
- Я не знаю, будут ли продлевать со мной контракт в августе, я надеюсь, что да, потому что нет каких-то оснований не продлевать его. Никаких нареканий не было. На самом деле, непросто работать. Когда я просто приехала ставить спектакль, а я много ездила по стране, реакция у всех приблизительно одна - все тебе улыбаются, говорят, как приятно сотрудничать. А когда приходишь сюда начальником и понимаешь, что ты постоянно в этом процессе, - к тебе другое отношение. Но все решим. Я же приехала сюда работать.