Антон Касанов

Историк

Солнечный удар

22

Вчера в результате достаточно удивительно стечения обстоятельств посмотрел новый фильм Никиты Михалкова «Солнечный удар». Я, честно говоря, очень сомневался (и до сих пор это чувство меня не покидает), а стоит ли писать какие-то осмысленные впечатления об увиденном? Это обстоятельство важно ввиду неоднозначности в первую очередь личности самого Михалкова, его последних работ и общего бэкграунда вокруг его имени. Признаться честно, я не поклонник, и не противник его фильмов, мне, в общем-то, всегда было, наверное, практически все равно. Общественное мнение в последние годы было направлено против Михалкова и, наверное, заслуженно. Но в данном случае, давайте поговорим о конкретно кино все-таки.

Итак, сюжет фильма составлен из творчески переработанных режиссером двух произведений Ивана Бунина «Солнечный удар» и «Окаянные дни». По сюжету офицер белой армии в Крыму ждет отправки на «большую землю» и вспоминает маленький эпизод, который произошел с ним в начале XX века. Главный герой плывет на пароходе и встречает некую женщину, между ними случается вспышка платонической страсти, которая завершается ночью в гостинице уездного города и драматическим расставанием. В конечно итоге офицер горькими слезами плачет в гостиничном номере, садится на пароход и уплывает, а спустя много лет его вместе с коллегами по белой армии топят в Черном море как классовых врагов. Фильм закольцован весьма символично и эстетически привлекательно: мальчик, которому главный герой случайно дарит часы в уездном городе спустя много лет становится красным комиссаром и дарит эти часы офицеру обратно и тут же фактически топит его на барже.

Фильм идет 3 часа, большинство кинокритиков отмечают, что он достаточно затянут, однако, сам я об этом подумал лишь однажды за все время (да и то, когда мне позвонили, и я невольно взглянул на экран телефона). В целом же мне не кажется, что картина получилась слишком объемной, наоборот, такой формат позволил максимально погрузиться в эстетику фильма. Виды дореволюционной России, конечно, во многом лубочные, как на фотографиях маэстро Прокудина-Горского, только оживших, пульсирующих и движущихся. Может быть мое сознание, как историка, несколько искажено, но мне сама экранная картинка очень понравилась, фильм снят действительно чудесно.

Михалков, как все знают, у нас всегда трепетно относился к белому движению и ровно наоборот к большевикам. В «Солнечном ударе», вы знаете, я был даже несколько удивлен его таким вот новым подходам к этим моментам и историческим сентенциям. Дело в том, что пленные белые офицеры у Михалкова буквально весь фильм рассуждают о причинах поражения и по большей части соглашаются с тем, что они проиграли, это закономерно и большевики оказались реально сильнее. Среди пленных только один офицер продолжает на словах сопротивляться, но и тот скоро пропадает. В финальной сцене один из офицеров произносит страстный монолог, где признается в том, что причины поражения в том, что они ничего не умеют делать руками, а так, больше языком чесать мастера. Парадоксально (быть может, я ошибаюсь), но такие, в самом деле, идеологические сентенции показывают эволюцию Михалкова в нейтральную гавань из бухты оголтелого антибольшевизма.

Конечно, есть пара моментов, которые меня покоробили в плане исторической достоверности. К примеру, образ Розалии Землячки и Белы Куна несколько карикатурен. Однако я вообще сомневаюсь, что их реальная подноготная вообще кому-то достоверно известна. Землячка, эта «Фурия красного террора», стала полулегендарным персонажем еще при жизни, обычно ее изображают как абсолютное зло, но тут, к моему удивлению, Михалков показал, что ей не чуждо ничего человеческого. Над Куном, надо признать, автор поиздевался и сделал его похожим на такого не говорящего по-русски экс-депутата Госдумы Геннадия Гудкова.

Вообще здесь можно и абстрагировать от исторического контекста и смотреть на это кино как на неплохо снятую лав-стори со всеми отсюда вытекающими моментами. Хотя для фанатов творчества Бунина, я полагаю, будет очевидна разница между пониманием и трактовкой чувств главных героев в самом рассказе и непосредственно в фильме.
Что еще любопытно, в фильме нет известных актеров, все, кто там снимается, абсолютно неизвестные артисты, даже дебютанты. При этом, мне кажется, это очень большой плюс, так как в целом в современном российском кино набор персонажей весьма ограничен и на многих уже буквально больно смотреть.

В целом, я бы посоветовал посмотреть это кино, оно действительно неплохое. Согласен с Антоном Долинным, что это «история мимолетной любви на корабле и кораблекрушение в финале, означающее всемирный потоп, конец света и наказание за грехи». Главный герой, шепчущий весь фильм один вопрос «Как все так получилось?» задается на самом деле вопросом риторическим. На самом деле никто не знает, что будет завтра и иногда ведь происходят действительно парадоксальные вещи.

P.S. Я пока сидел в кино, подумал, что в 2014 г. на экраны вышло два фильма с примерно схожей идеологической тематикой. Фильм Михалкова и документальное кино Леонида Парфенова про дореволюционного фотографа Прокудина-Горского. Мне очень сильно впал в душу эпизод, где Парфенов ходит по белогвардейскому кладбищу в Париже и вопрошает, мол, кто все эти люди, какое мы имеем к ним отношение, ведь мы же с вами, совсем не они? К концу года на экране появляется Михалков и устами героя спрашивает «Как все так получилось?». Про кого эти истории: «про нас» или «про них»? Я, на самом деле, в отличие от Парфенова думаю, что нет никаких «нас» или «них», а мы все плывем на огромной барже из Михалковского фильма. И вся история России (да и ее настоящее тоже) это вот такая баржа, часть пассажиров которой лежат под водой в Париже, часть в бухте Севастополя, а часть все еще курит в иллюминатор в ожидании роковой отправки.

Оригинал