Игорь Олин

Директор школы, учитель истории

Гром грянул - перекрестимся?

18

Новостью для всей России стало известие, что в Кировской области за несколько дней курительными смесями отравились более полутора сотен человек, пятеро из них скончались. Трагедия, масштаб которой в пересудах обывателей возрастал в разы, оказался, наконец, таков, что его было нельзя замолчать. Картина произошедшего выглядела тем более ужасающей, если учесть, что пострадавшими зачастую являлись подростки, фактически дети.

К всеобщему удивлению буквально через пару недель правоохранительные органы отчитались в разгроме преступных группировок, торговавших смертоносным товаром. Во всяком случае, волну летальных исходов удалось остановить, за что полиции честь и хвала. Органы правопорядка ещё раз доказали, что при наличии в стране (регионе) политической воли они способны быть эффективными.

Однако эта победа не должна, наверное, чересчур умилять общественное мнение, потому как случившаяся история наглядно продемонстрировала, насколько велик круг молодёжи, подсевшей на «спайсы». И проблема эта родилась не вчера, и она не уйдёт завтра.

Соберись кто-либо полистать давние и недавние отчёты органов системы профилактики, то недалеким от истины будет вывод, что мы несколько лет если не совсем закрывали глаза на проблему распространения курительных смесей, то уж точно ретушировали её. Вся борьба сводилась, в основном, к галочкам в строке «количество проведённых бесед», а на чрезвычайные происшествия следовала обыкновенная реакция бюрократической системы. То есть поступали какие-то недовольные запросы из областных инстанций, чей покой растревожили, отписывались очередные кипы бесполезных бумаг, и вся эта деятельность была направлена, казалось, на то, чтобы доказать (кому только?) отсутствие причин для серьёзного реагирования.

Где тонко, там и рвется. Свойственные нашей власти благостность, умиротворенность, приветствие всякого молчания в противовес любому предостережению, полное бездействие до момента появления гоголевского ревизора и в этом вопросе рано или поздно должны были вылиться в катастрофу. Случившаяся драма высветила реальный результат работы по противостоянию наркомании, дала оценку бесконечным заседаниям бесчисленных комиссий и их фолиантам протоколов и решений.
Конечно, сейчас на местах начались потуги в поисках виновных и ими, естественно, оказались педагоги, которые не сумели воспитать в легкомысленных потребителях опасного дурмана ни патриотов, ни избирателей.

Оставим подобный вывод на совести управленцев, чья бездарность абсолютна – профессия учителя для них удобна, прежде всего, тем, что на неё можно сваливать любые социальные язвы.

На самом же деле, если отринуть повсеместно господствующий формализм, методы решения проблемы изначально были негодными. Кому-то взбрело в голову, что подростковую наркоманию можно победить уговорами. В учебные заведения посыпали представители прокуратуры, управлений, собесов и прочих носителей духовных скреп, чьё мимолётное явление пред очами заблудших чад, при всём уважении, вряд ли могло внести перелом в ситуацию. Простите, не верится как в панацею ни в душеспасительные курсы как-то «Я – гражданин России», ни в ГТО, ни во встречи с людьми в погонах. Меры эти, конечно, вполне могут быть полезны, но введение дополнительного урочного часа или мероприятия не способно ликвидировать наркоманию, потому как данные меры сугубо косметические, не вносящие ничего кардинально нового в общую школьную стратегию.

Воротилы преступного бизнеса отнюдь не дремлют. Они используют любой шанс, каждый пробел в законодательстве, всякую неустроенность для вовлечения в оборот новых и новых жертв, которые станут приращивать их капиталы либо как потребители, либо как распространители наркотиков. Надо признать, что в среде подростков, как правило, из неблагополучных, малообеспеченных семей, им удалось во многом романтизировать свою деятельность. Тайные от взрослых сети, шифровки при общении, закладки и тайники, словно в азартной шпионской игре, соединяются с чувством значимости и силы, которое придаёт криминальная команда. Сюда же добавляется ложное ощущение взрослости, наступающее якобы через нарушения правил, установленных социальными институтами, и преодоление запретов на взрослые удовольствия. Дети, на которых родителям не хватает внимания (по разным причинам - например, неполные семьи, где матери на двух-трёх работах с минимальной оплатой труда пытаются хоть как-то сводить концы с концами, чтобы не обрекать своих непутевых детей на полуголодное существование), попадают в ловушку дельцов наркобизнеса, создающим для них мираж внимания, дружбы, ухода от бедности. Счёт жертв курительных смесей, судя по вершине проявившегося айсберга, пошёл на тысячи юных судеб.

На стороне поставщиков смертельной отравы, превративших в свою опору часть молодого поколения, на мой взгляд, два ключевых фактора:
1) излишне либеральное законодательство в отношении малолетних преступников и превратившаяся в ханжескую позиция правосудия, «дружественного к детям»
2) ущербный порядок взаимоотношений среди органов системы профилактики, порождённый бюрократической государственной системой.

Сегодня в сетях наркодельцов оказываются ребята аж с 13-15 лет, в отношении которых отсутствуют реальные возможности воздействия. Даже если они совершают череду преступлений: кражи, грабежи, вымогательство, даже если ведут асоциальный образ жизни, бродяжничают, ежедневно употребляют наркотические вещества, то возраст не позволяет привлечь их к серьёзной ответственности. Родители (как правило, одинокие матери) к этому времени утратили на детей какое-либо влияние, и налагаемые в виде наказания штрафы лишь усугубляют материальное положение семей – ведь одновременно приходится возмещать стоимость похищенного в дополнение к тому, что из дома регулярно пропадают ценные вещи. А подними руку на такое чадо, всегда продвинутое в знании собственных прав и чужих обязанностей, уголовное дело за жестокое обращение с ребенком обеспечено. В то же время максимум, что грозит несовершеннолетнему преступнику – месяц изоляции в центре временного содержания. Система спецучреждений разрушена.

Между тем подросток деградирует под влиянием систематического употребления наркотического дурмана и от осознания безнаказанности. По мнению Е.Ройзмана, лидера фонда «Город без наркотиков», оценившего ситуацию в Кировской области, «спайсы» по охвату жертв и тяжести последствий превзошли не только марихуану, химическим аналогом которой они являются, но и героин. Он говорит: «Если героинового наркомана можно вытащить с того света, очистив кровь и сняв ломку, то со «спайсами» все гораздо сложнее. Реабилитация дает какой-то эффект на четвертый месяц, не раньше». А наша система упорно продолжает бороться с подростковой наркоманией беседами и стендовыми материалами. То есть ребёнка, который смертельно болен и требует долговременного лечения, продолжают пичкать нотациями и «дружественно» вести к 18 годам, если доживёт, чтобы тогда-то уж припомнить ему всё и упечь на всю катушку.

Понятно, что остановить молох наркомании при таком положении невозможно. Уходят одни – в тюрьмы, придорожные канавы, могилы, но приходят другие. Подростковая преступность растёт, несмотря на работу школ, подразделений и комиссий по делам несовершеннолетних, центров социального обслуживания населения, прокуратуры. И встаёт извечный русский вопрос: «Кто виноват?». Что показать в отчётах? Кого уличить в халатности перед высоким начальством? И вместо слаженной совместной работы те, кто наделён правами контроля, начинают искать недостатки в деятельности тех, кто такими правами не наделён. Всякие управления и надзорные органы обрушиваются на учебные заведения, выискивая недостатки в ведении документации, несвоевременные записи о проведённых беседах, недоработки классных руководителей. Порою смешно и грустно наблюдать, как десятки людей из самых разных инстанций, способные разве что на полчаса сомнительного морализаторства, учат педагога работать с категорией «трудных подростков» - педагога, отдавшего этим детям годы жизни. Не знаю, насколько удобна роль подобных контролёров, но видится в ней, чаще всего, желание заранее подыскать «козлов отпущения» для прикрытия собственного зада.

Чтобы действенно решать проблему наркомании в молодёжной среде, нужны несколько шагов:
1) направление на принудительное лечение подростков, чья зависимость от курительных смесей очевидна;
2) восстановление системы специальных учреждений закрытого типа для малолетних преступников;
3) принятие решений в отношении мер воздействия на подростков и неблагополучные семьи коллегией, в которой педагоги получат равноправный голос с полицейскими, прокурорами и чиновниками;
4) отказ от формализма – исключительно количественных показателей в вопросах работы с неблагополучными семьями и детьми; переход к преимущественному использованию качественных показателей при оценивании данного направления работы органов профилактики.

Да, это сложнее, чем кому-то с каменными лицами искать без вины виноватых. Но если статус-кво сохранится, то решение вопроса дальше лакировки действительности не сдвинется. Впрочем, не привыкать. Что-что, а бумажки отписывать у нас все научились.

Оригинал