Елена Овчинникова

Ведущая радио «Эхо Москвы» в Кирове

Один «немножко превысил» — другой незаметно умер. Один насовсем свободен — другой навсегда в могиле

956

Действующему сотруднику кировской полиции Владиславу Печенкину за «превышение должностных полномочий» вынесен обвинительный приговор.

Суд, выслушав мнение гособвинения, потребовавшего для Печенкина, виновного в смерти 34-летнего Дмитрия Слободина лишения свободы сроком на четыре года и переквалифицировав статью 286 УК РФ с третьей части на первую, приговорил полицейского к… 50-тысячному штрафу. И, незамедлительно амнистировав «в связи с 70-летием победы в Великой Отечественной войне», освободил его от наказания

— Втоптали нас в грязь, — едва дыша от горя и ужаса пережитого, говорит Галина Викторовна, мать умершего Дмитрия Слободина. — Дали понять, что убийство наших детей — детей, выросших в семьях простых людей, — сойдет с рук любому, кто во власти… Что нам осталось? Ухмылки полицейских на суде, их «не помню» и «не видел»… Или только память о сыне, отпетого и похороненного убиенным

Впрочем, Слободины намерены обжаловать вынесенный 30 мая, в прошлый понедельник, приговор.

От СКР РФ. Сугубо официально

15 января 2015 года по подозрению в краже в ОП №2 УМВД был доставлен 35-летний мужчина. В ходе опроса он признал факт совершения им хищения чужого имущества. Оперуполномоченный (Печенкин), осознавая, что уголовное дело в отношении мужчины не возбуждено и административное производство не ведется, то есть отсутствуют законные основания для задержания, запретил ему покидать здание полиции. Около 23 часов 30 минут мужчина почувствовал себя плохо, в связи с чем обвиняемым была вызвана бригада скорой помощи. Медики оказали необходимую помощь и уехали, показаний к госпитализации не было.

Спустя некоторое время обвиняемый оставил мужчину в коридоре и ушел домой, не поставив в известность сотрудников дежурной части, а также не приняв надлежащих мер по сопровождению последнего за пределы здания. 16 января около 7 часов на полу в коридоре потерпевший был обнаружен без признаков жизни. Причиной его смерти стала асфиксия. В ходе следствия, а также на суде сотрудник полиции, обвиняемый в превышении должностных полномочий, вину не признал. Собранные следственными органами доказательства признаны судом достаточными для вынесения обвинительного приговора.

Как заявляет в своем сообщении пресс-служба СКР по Кировской области: СЛЕДУЕТ ПОМНИТЬ, ЧТО УГОЛОВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА СОВЕРШЕНИЕ ПРЕСТУПЛЕНИЙ НАСТУПАЕТ НЕЗАВИСИМО ОТ ПРАВОВОГО СТАТУСА ЛИЦА ЕГО СОВЕРШИВШЕГО.

Поцарапался в смерть

Дмитрий Слободин, отец шестерых детей (пять сыновей и дочка Полина), чье тело нашли на втором этаже отдела полиции №2 (ранее Первомайский РОВД), скончался по причине, как установлено СМЭ, механической асфиксии — «путем закрытия отверстий носа и рта плотно-эластичным предметом». Отчего у покойного после гибели вокруг рта образовался черный круг и что за «плотно-эластичный предмет», лишивший его доступа кислорода, следствию установить не удалось.

Вскоре в кировском УМВД прокомментировали ситуацию: «Нигде не работающий, без определенного места жительства, с незначительной царапиной на лбу, от чего точно не умирают»… Хотя у Слободина, отходившего в иной мир в полицейском помещении в луже собственной крови, было разбито не только лицо, но и грудь, руки и ноги.

— Утром 16 января мне позвонили и сказали: нет больше Димки, — говорит Галина Слободина. — Мы поспешно собрались и поехали в морг, но семь дней ждали, пока гробик не вынесли. (Она так и говорит «гробик», хотя сын ее был при жизни ростом под два метра — Е.О). Я сразу разглядела, что под гримом, нанесенным толстенным слоем, у сыночка моего раны: черная переносица и круг черный у рта. Может, его в противогазе задушили? Когда сидела у гроба ночью, разглядела, что вся слизистая во рту порвана и руки в ссадинах… А когда тело в дом внесли, чтобы люди с сыночком простились, в тепле грим поплыл. То, что увидели пришедшие, словами не описать…

Последний день

Утром 15 января 2015 года в квартиру Слободиных пришли двое полицейских и «забрали Дмитрия, чтобы поговорить». О чем мог идти «разговор», вдова Дмитрия только предполагала: сосед написал заявление в полицию о краже, но уже получил «отказной материал за отсутствием состава преступления». До позднего вечера жена Дмитрия знала, что он жив, о чем по телефону сообщал ей лично капитан Печенкин, позвонивший в том числе за несколько минут до полуночи, чтобы сказать: «Ему плохо, я вызвал скорую». Медики, уже второй раз за день приехавшие в райотдел по вызову, констатировали «похмельные проблемы», вновь найдя состояние Слободина вполне удовлетворительным.

Судя по показаниям, около часа ночи капитан Владислав Печенкин ушел домой, отчего-то оставив в полицейском коридоре своего «собеседника», который, и никто не знает почему, предпочел провести ночь в участке, хотя путь его был свободен. О том, что на втором этаже здания находится человек, чей привод в полицию не был внесен в журнал учета, якобы не знал ни один из служащих: ни дежурный, так как в обзор камеры слежения не попадал тот участок коридора, ни терпеливый следователь, за чьими дверями умирал Слободин.

Ранним утром врачи скорой, не заметив на лице Слободина, щедро залитом кровью, никаких повреждений, констатировали в полицейском участке смерть «от неизвестной причины». А в отделении, по словам очевидцев, началась чехарда: один орал на другого, что «не уследил», другие втискивали имя скончавшегося в журнал учета, прочие давали показания, которые потом изменили, так как первоначальные были «от страха или волнения».

Источник