Кирилл Шулика

Блогер, зампредседателя «Демократического выбора»

Дело Никиты Белых: борьба с коррупцией или политический заказ?

1392

В деле еще действующего губернатора Кировской области Никиты Белых на самом деле очень много неясного, хотя главный пиарщик Следственного комитета Владимир Маркин сказу после задержания чиновника сказал, что у дела нет политического окраса, и оно представляет из себя расследование рядовой взятки. Интересно, что до заявления Маркина следственные органы никто в политическом заказе и не обвинял. 
Но вот прошла почти неделя с момента событий, а вопросов к следствию стало не меньше, а больше. Я даже не беру во внимание такие факты, что судья, выносивший решение об аресте губернатора, Артур Карпов является фигурантом списка Магнитского, а следователь Роман Мухачев входит в следственную группу по расследованию совершенно уникального по своей политической составляющей «болотного дела», ибо других кадров в судебной системе и правоохранительных органах сейчас нет. 

Вопросы появляются буквально с первого сообщения Следственного комитета. Например, вызвали вопросы приложенные к сообщению фотографии – на них у Никиты Белых от специального состава, коим помечают деньги при поимке взяточников, светятся ладони, а не пальцы, которые должны были светиться, если бы человек пересчитывал деньги. Когда журналисты стали обращать внимание на сей факт, источники в следствии сказали, что губернатору передали пакет с бутылкой вина и деньгами, до которых, надо полагать, Белых не касался (что заявил и адвокат по назначению Сергей Тетерин). Соответственно, любой человек начнет сомневаться в том, что Белых брал именно деньги, а не бутылку вина, от которой, кстати, если ее обработать спецсоставом, будут светиться ладони. 

Вообще эта история напоминает признанное незаконным Верховным судом преследование экс-мэра Рыбинска Евгения Сдвижкова. Он был арестован в своем рабочем кабинете после визита некоего бизнесмена. Оперативники нашли на его руках следы спецсостава, а в шкафу деньги, до которых мэр не касался. Спецсостав же на руках мог появиться от бумаг, которые передал бизнесмен, или от ручки автомобиля. Однако Верховный суд в феврале 2011 года оправдал мэра, признав за ним право на компенсацию морального и материального вреда. Дело продолжалось, кстати, чуть менее четырех лет, но мэру удалось доказать, что в отношении него была совершена провокация.

Вызывает вопросы и вторая фотография в сообщении Следственного комитета, где Белых что-то пишет, а вокруг него лежат пачки с иноземными деньгами. На тот момент у него не было своего адвоката, зато был представленный следствием адвокат Сергей Тетерин с легкой руки которого и появилась версия о том, что губернатор брал деньги на благоустройство Кирова. Дело в том, что любой правозащитник вам скажет, что лучше давать показания совсем без адвоката, чем с адвокатом по назначению, а совсем хорошо вообще не давать показания против себя до прибытия своего адвоката, ссылаясь на 51 статью Конституции. Конечно, тут Белых совершил ошибку, однако в том психологическом состоянии, в котором он оказался после ареста, это неудивительно. Видимо, для следствия эти признания, весьма сомнительные, как вы понимаете, стали единственной ниточкой, поэтому адвокат по соглашению Вадим Прохоров пробирался к своему клиенту с боем, ибо следствие не давало соответствующего разрешения. Как я понимаю, история с лекарствами, которые губернатору то не выдавали вообще, то стали выдавать меньше, чем надо, а также отказ от разрешения на его встречу с женой и братом, является неким инструментом склонения сотрудничеству в нужном ключе. Об этом, в частности,написал находившийся в заключении бизнесмен Алексей Козлов. 

Интересно, что в деле о взятке нет потерпевших. По сообщениям прессы, прежний владелец Нововятского лыжного комбината Альберт Ларицкий, уже год находящийся в СИЗО, дал показания на губернатора, которому якобы платил взятки. Продолжил эту практику Юрий Зудхаймер, ставший владельцем комбината, после ареста Ларицкого. 150 тысяч евро и бутылку вина передавал именно  Зудхаймер. Но оба являются свидетелями, а не потерпевшими. При этом данная практика в делах о взятках довольно странная. Ведь взяткодатель может быть либо обвиняемым, ибо сама дача взятки является преступлением, либо потерпевшим, если он пошел в правоохранительные органы с заявлением о вымогательстве. Как в такой ситуации можно быть свидетелем, который не может даже требовать компенсации ущерба, непонятно. 

Тут можно провести параллель с делом мэра Ярославля Евгения Урлашова. Там тоже есть люди, давшие нужные показания и заключившие сделку со следствием. То есть по сути доказательствами являются оформленные судом в виде приговора показания обвиняемых, добивавшихся облегчения своей участи. Потерпевшим в деле является депутат Шмелев, который и не скрывает, что участвовал в провокации взятки, однако он не требует компенсации материального ущерба, хотя казалось бы передавал свои личные деньги якобы для Урлашова. Взяткодатель по второму эпизоду Эдуард Авдалян находится в статусе свидетеля. Кстати, по некоторым данным, в отношении самого Авдаляна возбуждено семь уголовных дел, но он находится на свободе. 

Еще одной довольно странной ситуацией является сумма взятки, которые якобы передавали Белых. Сначала говорили о 400 тысячах евро одним траншем, потом оказалось, что в пятницу передали 150 тысяч, а остальные передавали аж с 2014 года. Согласитесь, ситуация довольно необычная. Тем более с учетом того, что мотивом получения взятки является предоставление госинвестиций лыжному комбинату, который бы без них обанкротился. Возникает вопрос – были ли представлены эти инвестиции и когда, потому что если взятка давалась два года, то предприятие уже не существовало бы, как юридическое лицо. И вообще начать давать взятку в 2014 году, чтобы получить инвестиции на предприятие в полубанкротном состоянии в 2016-м довольно странно. 

И, наконец, важный политический момент. Президент не принял решение об отстранении Никиты Белых от должности губернатора. Конечно, я не сомневаюсь, что в существующей ситуации оно будет принято. Но сама заминка может говорить о том, что в верхах окончательных решений пока не принято. 

Источник