Евгений Гришковец

Писатель

Горюю и негодую

214
В четверг вечером решил написать в дневник весёлую заметку о том, что лето дошло до середины, и описать какие-то приятные, летние мелкие радости. Написал. Включил телевизор и понял, что писал я всё это зря и публиковать написанное уже поздно, хотя закончил буквально минуты назад… В новостях я увидел срочные репортажи из Ниццы и забыл про летние, мелкие радости.
Как точно было выбрано время и место этого страшного нападения!!! Франция. Ницца. День взятия Бастилии. Всё продумано, и тёмные бесчеловечные силы могут отмечать очередную ужасную победу.
Конечно, они должны были нанести удар именно во Франции. В стране, где уже нанесены были бесчеловечные удары и где руководство страны наговорило массу обещаний и надавало кучу торжественных клятв бороться с терроризмом, где с зимы действует чрезвычайная ситуация, где заявлено, что все силовые и спецслужбы извлекли жестокие уроки из прежних терактов и новых не допустят. Разумеется, удар нужно было наносить именно в этой стране, чтобы показать, что все обещания, клятвы и спецслужбы не имеют никакого значения.
День взятия Бастилии – главный праздник свободы не только Франции, но и всей демократической Европы. Символ торжества свободы, равенства и братства. Лучшего дня просто и не сыскать.
Ницца – самое сердце французской ривьеры, середина Лазурного побережья… Авиабилет в Ниццу это же ни что иное, как билет в высшую лигу летнего отдыха. По Английской набережной, на которой случилось в четверг кровавое месиво, ежеминутно проезжают суперкары с супербогатыми людьми. Мимо этой набережной постоянно в обе стороны идут и идут суперяхты, то есть самые дорогие и роскошные игрушки. И всё это – клубок, квинтэссенция, максимальная концентрация того, что мы называем буржуазными ценностями… Вот туда и нанесён был удар. В самое яблочко. Метко, точно и смертельно.
А в пятницу президент Франции в очередной раз сделал брови домиком, скроил скорбную физиономию и опять сказал всё то же самое, что говорил зимой и осенью прошлого года. То есть, сказал, что их не запугать, что они едины, что не прекратят борьбу, что обязательно победят, и что их обществу объявлена война… Что-то в этом роде. Ничего нового.
Ритуал отработан! Все уже знают, что говорить и что делать. Во Францию полетели слова соболезнования, к посольствам и консульствам Франции люди понесли цветы, свечи, записки. На проходящих сейчас саммитах, встречах, конференциях, заседаниях стоя коротко помолчали, и многие-многие вялые европейские очкарики и не очкарики в дорогих чёрных костюмах и галстуках, скроив скорбные рожи, что-то сказали по поводу того, что Европе объявлена война, что они живут в состоянии войны, но что их, конечно, же ни за что не запугать, и ценности их общества останутся незыблемыми.
Это отчаянно горько и в то же время противно слышать.
Горько от того, что в момент радости и счастья люди, которые потратили немалые деньги, чтобы побывать, отдохнуть и порадоваться на Лазурном берегу были самым ужасным образом убиты, раздавлены, растерзаны. А противно от того, что все те слова, которые в пятницу были сказаны с больших трибун, в штаб-квартирах, в конференц-залах, в парламентах… Всё это окажется очередной демагогией, не имеющей никаких последствий. А точнее, последствиями этой демагогии будут очередные, ещё более изощрённые и хитроумные теракты.
Я устал слышать то, что в пятницу было много раз сказано. Я устал от идиотских и демагогических заявлений о том, что терроризм не имеет национальности и религии. Эта идиотская, заученная наизусть многими европейскими, американскими, да и нашими, демагогами, мантра говорит только о трусости и безответственности тех, кто её произносит.
Каждый террористический акт, каждая бесчеловечная кровавая акция имеет национальность, имеет имена и фамилии, имеет географию, имеет под собой совершенно определённый религиозный экстремизм, имеет происхождение, организаторов и имеет за собой конкретных спонсоров и абсолютно конкретные и реальные деньги… Имеет чёткую цель, продуманную стратегию и быстроразвивающуюся и постоянно обновляющуюся тактику.
Лжецы и демагоги, которые у власти в Европе, конечно, сейчас суетятся. Они будут изображать деятельность, выделять дополнительные средства на спецслужбы, отправят в берегам Сирии один или пару кораблей, кого-нибудь обязательно накажут, изобразят то, что делают очередные выводы. Пресслужбы европейских лидеров, наверняка, сейчас пишут им пламенные речи.
Но больше всего сейчас эти деятели думают о том, как бы им не взять на себя ответственность, как бы не принять какие-то серьёзные меры и решения, которые обязательно должны быть непопулярны. А непопулярные решения и меры абсолютно необходимы! Потому что если они говорят, что находятся в состоянии войны, и что им объявлена война, то этому серьёзному слову нужно придать соответствующее значение и начать соответственно действовать.
Но эти демагоги на такие действия не способны… Прежде всего по той причине, что они не доверяют, да и боятся своих сограждан, которых, в сущности, оставляют беззащитными и беспомощными перед тем врагом, про войну с которым они так много говорят.
В сущности, все так называемые военные действия и противостояние терроризму свелись к тому, что последние пятнадцать лет мы имеем ряд неудобств при прохождении контроля и досмотра в аэропортах. Периодически эти неудобства усиливаются, потом снова ослабевают.
Все здравомыслящие люди относятся к этому спокойно и даже приветственно. Здравомыслящие люди готовы потерпеть бОльшие неудобства ради гарантии безопасности полётов. Здравомыслящие люди вообще в сегодняшнем мире готовы многое перетерпеть, многое понять и на многое решиться. А вот политики не готовы. Во всяком случае, не во время своего правления и руководства. Они не посмеют прикоснуться к священным европейским ценностям. И слово «война» они произносят уже так легко, уже так заучено, как будто исполняют любимую песню в караоке.
Смешно смотреть на всех этих европейских генералов, адмиралов в красивых фуражках и погонах… На всех этих жандармов, карабинеров, полицейских, гвардейцев, морпехов, военных моряков, лётчиков, танкистов, смешно смотреть на корабли, танки и самолёты, смешно смотреть на нашивки, флаги, ордена и медали. Вся эта униформа, вся эта военная техника, воинские звания, ритуалы, строевая подготовка, парады и марши… Всё это из прошлого века и никак не для той самой, объявленной террористами войны.
Все военные, принявшие воинскую присягу, люди в униформе живут, служат и могут действовать только по давно принятым уставам, правилам и инструкциям. А те, кто взрывают машины, самолёты, расстреливают людей на улицах, в кафе, клубах, давят грузовиками и всем, чем можно задавить… Для них никаких правил, никаких норм, уставов, законов, а главное – никаких в нашем понятии человеческих ограничений не существует. Им все эти генералы, полковники, в расшитых мундирах и в фуражках с золотыми кокардами, просто смешны. Для них брутально и дорого экипированные французские полицейские, жандармы и спецназ просто ряженые. Я думаю, что они даже смеются, глядя на них. Смеются и делают в Европе, конкретно во Франции, то, что задумали. И побеждают.
Помню, однажды я нарвался на жуликов, был жестоко и цинично обманут и обворован. Я долго потом мучился и никак не мог понять, как меня так легко и ловко обманули? Меня! Я же точно знаю, что я не глупый человек. Я понимаю, что разбираюсь в людях, знаю много людей и у меня серьёзный, сложный жизненный багаж и довольно суровый опыт. У меня хорошее образование, в конце концов… А меня обманули. Легко… Только потом я понял, почему жулики, аферисты практически всегда побеждают в процессе ситуации аферы и обмана. А просто мы, нормальные люди, общаемся и разговариваем с жуликом, полагая, что перед нами человек, и мы с ним говорим и поступаем по-человечески. Для него же, для афериста и преступника, мы – не люди, мы для жуликов не отдельные личности с мамами, папами, детьми, чувствами и переживаниями. Мы для них даже не живые существа. Мы для них просто цель и объект. А часто мы для них просто инструмент. Поэтому мы проигрываем. А если справедливость всё-таки торжествует, то тогда к жуликам применяется закон. А для закона уже они не являются людьми, а являются набором нарушений закона, и не более того.
Так же и для тех бездонно тёмных и бесчеловечных сил, которые осуществляют терроризм, для каждого отдельного террориста мы, нормальные люди, людьми не являемся. Мы не являемся детьми и взрослыми, мужчинами, женщинами. Мы для них цифры. Цифры жертв.
Необходимо отбросить и забыть высказывание о том, что у терроризма нет национальности. У террористов есть национальность, потому что мы до сих пор их очеловечиваем, мы считаем их, хоть и ужасными, но людьми, и наши общества пытаются противостоять им человеческими методами.
А вот как раз для террористов жертвы не имеют национальности. Жертвы не имеют религии, происхождения, географии, они просто никто.
Неужели же непонятно всем этим вялым, дорого одетым мужчинам и женщинам в европейских парламентах, комиссиях, альянсах, этим мужчинам и женщинам с холёными руками и начищенной обувью, что если они сказали слово «война», то это слово надо осознать, понять его значение и начать действовать. Нужно принимать непопулярные, неприятные и очень дорогостоящие меры, нужно положиться на своих здравомыслящих сограждан, заручиться их поддержкой и наконец-то проявить волю.
Пора понять, что если есть (а она есть) постоянная террористическая угроза, то нет ничего зазорного бояться за своих сограждан, за самих себя. Нет ничего зазорного в том, чтобы даже на всегда беспечном, роскошном и в высшей степени буржуазном Лазурном берегу были приняты непривлекательные для туристов, владельцев суперкаров и яхт меры… Нет ничего стыдного в том, чтобы в состоянии объявленной террористами войны, отказаться от салютов и праздников в честь взятия Бастилии. Или проводить их при таких мерах безопасности, чтобы здравомыслящие граждане понимали, что опасность постоянно существует, но их руководство эту опасность понимает и не скрывает.
Нужно просто, очень просто, признать совсем простую вещь: нужно признать РЕАЛЬНОСТЬ происходящего.
А реальность многое сразу же продиктует…
Когда одна сторона сделала танк, подводную лодку, самолёт, то другая сторона была вынуждена для того, чтобы сражаться, изобрести и сделать танк, самолёт, подводную лодку… Сейчас оружие террористов таково, что против него нет реально действенной защиты. И уж тем более, нет оружия и средств не только победы но и даже возмездия.
Их необходимо, их должно эти средства и методы, это оружие немедленно создать!
Усовершенствовать и принять новые законы. Нужно… многое и многое срочно придумать и сделать… И необходимо, в конце концов, включить волю. Волю гораздо более мощную, чем та, которая объявила войну. Воля нужна также для того, чтобы отбросить всякие химеры, всякие глупости с расширением НАТО в разные стороны, с постоянными демонстрациями и заявлениями… Всё это нужно, необходимо…
Мир нынешний страшен.
Мы и наши дети беспомощны и беззащитны. Погибшие, растерзанные и раздавленные люди неповторимы и невозвратимы.
Новые жуткие теракты неизбежны…
А когда я в пятницу смотрел на то, как президент Франции прилетел в Ниццу, как он долго сначала не выходил из самолёта, видимо, готовил особо скорбную физиономию… Потом я смотрел, как он выходил, а его встречали генералы в расшитых золотом мундирах и фуражках, какие-то мужчины в дорогих костюмах с серьёзными рожами… Когда он произносил речь на фоне флага Пятой республики, когда я слышал, что он говорит… Всякие остатки надежды на то, что мы в ближайшее время увидим хоть что-то серьёзное, мужественное и решительное в направлении защиты нормальных людей и борьбы с бесчеловечным и тёмным злом… Всякие остатки надежды полностью улетучились.
Осталась страшная горечь признания того, что террористы снова победили, ужасная скорбь по убиенным, постыдное чувство страха и глубочайшее ощущение полной беспомощности.
Ваш Гришковец.
P.S. Закончил писать этот текст. Включил телевизор, а в то время, пока я его писал, в Турции произошёл военный переворот……… Вот в таком мире мы живём.