Игорь Олин

Директор школы, учитель истории

Муниципальная школа как нелюбимая падчерица министерства образования

5791

Федеральные власти заняли удобную позицию, рапортуя об успехах образования и здравоохранения и накручивая собственные рейтинги. Всё им славно удаётся. Действительно, лицезреешь какое-либо государственное учреждение – глаз радуется. По телевизору и так, и сяк его покажут, во всей красе, со всеми достоинствами, репортёры аж облизываются. В регионах тоже не дураки сидят. Например, в Кировской области выбрали три десятка школ и определили их государственными. Это и прямое подчинение областному министерству, участие в авангардных проектах и, главное, соответствующее финансирование. Есть что показать и есть чем гордиться. Причём, финансирование идёт не только на обеспечение образовательного процесса, что по закону об образовании является обязанностью субъектов федерации, но также на проведение капитального и текущего ремонта зданий, что по тому же закону – задача муниципалитетов. 

Здорово, конечно, что хотя бы часть образовательных организаций приводится в божеский вид. Однако школ у нас в двадцать раз больше, да столько же ещё детских садов. Они находятся на балансе муниципальных образований, собственных доходов в бюджетах которых и раньше было немного, а с началом кризиса практически вовсе не стало. 

Нынче у нас состоялся любопытный судебный процесс, в котором в качестве истца выступало территориальное управление Роспотребнадзора. Ведомство обратилось в суд с требованием обязать нашу школу исполнить ранее выданное предписание и устранить нарушения санитарного законодательства. По большому счёту, с иском надзорного органа мы были согласны. С огромным удовольствием школа бы занялась ремонтом освещения, заменой ветхих окон, декоративным ремонтом коридоров и санузлов, приобретением новой мебели и станков – всеми 40 пунктами предписания. Если бы было на что. К сожалению, средства на данные цели не выделялись, Слободская районная дума каждое полугодие принимала решение отказать в первоочередном выделении бюджетных средств на исполнение предписаний, ссылаясь на дефицит бюджета. В подобном положении находится большинство муниципальных школ и садиков. Более того, в уходящий год мы жили так, как не жили с начала «нулевых», текущее финансирование иссякло чуть ли не до нуля - так жить нельзя.

Школа оспаривала единственный пункт, касавшийся наполняемости классов. Одно наше здание построено более полувека назад, другому около столетия. При их проектировании никто не учитывал установленную нынешними правилами норму площади на одного обучающегося в учебных кабинетах, составляющую не менее 2,5 кв.м. Если следовать этой норме, то в классах у нас должно быть не 25, а по 19-20 учеников, мы должны будем открыть дополнительно 10 классов и вывести их во вторую смену. Должны найти 15 новых учителей и чем-то оплатить их труд, при этом сейчас действует подушевой принцип финансирования оплаты труда, а не по классам-комплектам, ни копейки в фонде не добавится. Слепое исполнение данного требования приведёт к гораздо худшим последствиям: катастрофическому падению и без того низкой заработной платы педагогов; двукратному увеличению численности детей, вынужденных заниматься в неудобную вторую смену; конфликтам из-за необходимости тасовать составы сложившихся классных коллективов – в общем, уничтожит налаженный образовательный процесс напрочь. 

Роспотребнадзор, понимая первопричину нарушений СанПиН, привлёк в качестве соответчика муниципальное образование Слободской муниципальный район, требуя обязать его профинансировать учреждение, а суд в ходе рассмотрения дела – Министерство финансов и Министерство образования Кировской области. 

Втайне мы надеялись, что так и произойдёт – на нас прольётся золотой дождь ассигнований, и признаки бедности останутся в прошлом. Принимая нынче делегацию детских московских писателей, я объяснял, что среди всех образовательных учреждений, которые они посетят в Кирове, Чепецке и Слободском, наше – самое бедное и невзрачное. Умные, деликатные, интеллигентные люди наговорили тогда кучу комплиментов в адрес наших замечательных детей. Но не все же такие понимающие. А то, что нам всем хочется других, современных условий, свидетельствует тот факт, что на выборах школьного президента (лидер ученического самоуправления) в этом году победила девушка, основой предвыборной программы которой стал проект «Красивая школа» - украшение довольно печально выглядящих коридоров. 

Однако судебный процесс камня на камне не оставил от наших чаяний и надежд. Первыми отреклись региональные министерства. Они представили возражения, в которых пояснили, что не являются учредителями либо собственниками имущества школы, не осуществляют финансирование её содержания, следовательно, не могут нести какую-либо ответственность в её отношении. Признаться, лично мне грустно было это слышать. Никогда не думал, что ощущение ненужности вышестоящим инстанциям будет восприниматься столь тягостно. Мы-то ведь, в свою очередь, руководствуемся их распоряжениями, директивами, рекомендациями. Вероятно, именно так чувствовала себя Золушка, получая задания от своей мачехи. Как Золушка в результатах труда, наши сотрудники и ученики не имеют послаблений в отношении результатов обучения: те же аккредитация, итоговая аттестация, ЕГЭ, что и у государственных школ. Только почему-то в совершенно иных условиях. А сказочной феи в нашем случае нет. 

Муниципальное образование представило сведения о собственном бюджете, возможности которого таковы, что не позволяют говорить о сколько-нибудь существенном продвижении на пути исполнения предписания. Средства, обозначенные в статьях расходах на содержание и ремонт зданий, в принятом бюджете на 2017 год, меньше сложившейся по текущему году кредиторской задолженности.

Впрочем, суд отказал Роспотребнадзору в удовлетворении иска по иным основаниям. Федеральный Закон «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» не предусматривает понуждения к исполнению предписаний в гражданско-правовом порядке. В случае неисполнения предписаний виновные лица могут быть привлечены к дисциплинарной, административной или уголовной ответственности.

Директор школы, как виновное лицо, к двум видам ответственности уже неоднократно привлекался. «Уголовщины» пока не было. Но вслед за героем Ростислава Плятта в фильме «Жених с того света» хочется задать вопрос, который бюрократ-виртуоз Петухов, не получивший справку, что он живой, адресовал своему заму Фикусову: «Значит, выхода нет?». «Значит, нет», - ответил Фикусов, и Петухов лёг во гроб. А куда деваться руководителям образовательных организаций в ситуации с предписаниями? В выстроенной нынешней властью российской системе, видимо, сразу в тюрьму. 

Надеюсь, если дело до неё дойдёт, кто-нибудь из читателей будет иногда передавать мне в камеру сухари.

Источник

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ