Меружан Игнатян

Гендиректор ООО «Барс»

Накипь вокруг известного дела о ДТП

34

Я хотел бы дать пояснения по поводу появившейся в средствах массовой информации сведений о предложении со стороны адвоката Домнина А.Е., осуществляющего защиту моего сына Игнатяна Э.М., возместить потерпевшей Барбариной Юле 1.500.000 руб.

22.09.2012 года произошла страшная трагедия унесшая жизни 3 человек, в том числе погибли брат и жених Барбариной Юлии. После случившейся трагедии у Барбариной Юлии родился сын – Артем, отцом которого является погибший Бронников Д.С.. Я понимаю всю тяжесть случившегося, понимаю, что Юле тяжело остаться без мужа с малолетним ребенком на руках, живя в маленькой комнате коммунальной квартиры аварийного дома. Кроме того, я считаю, что в сложившейся ситуации для всех сторон было бы лучше решить дело мирным путем – примириться. Если бы получилось прекратить дело миром, то потерпевшим был бы возмещен вред, а мою семью и моего сына прекратили бы поливать грязью, возможно прекратились бы постоянные угрозы расправы и т.д.. Поэтому адвокат Домнин А.Е. по моему поручению встретился с Юлей и ее мамой, чтобы решить вопросы о примирении. После предварительной встречи и получения принципиального согласия на примирение в комнате, где проживает Юля, ее мама и сын, была организована встреча на которой присутствовали Барбарина Юлия, ее мама Барбарина Е.И., их представитель адвокат Рылов В.А., я, адвокат Домнин А.Е., представители потерпевшего Мачнева Ф.К.– его родители Мачнев К.А. и Мачнева В.Ю., а также мама погибшего водителя автомобиля ВАЗ-21110 – Суворкова Е.А.. На данной встрече Юля, ее мама высказали свои намерения примириться, если Юле купят двухкомнатную благоустроенную квартиру. Я согласился с этими требованиями, т.к. понимаю всю тяжесть положения Юли. Представители потерпевшего Мачнева Ф.К. пояснили, что они дадут свой ответ позднее. Вопрос о возмещении вреда и примирении с еще одной потерпевшей – Козловой О.В. был принципиально решен ранее. Впоследствии адвокат Домнин А.Е. созванивался с Мачневой В.Ю., и получил ответ, что они готовы примириться, но при этом требуют 5.000.000 рублей компенсации, т.е. фактически в 2 раза больше, чем все остальные потерпевшие вместе взятые, у которых погибли родные и близкие. Я с такими требованиями согласиться не могу, я не считаю, что страдания, которые перенес потерпевший Мачнев Ф.К. соразмерны заявленным им требованиям.

Что заставило меня дать пояснения и свои комментарии по данному вопросу возмещения вреда? Когда мы встречались с потерпевшими я просил, в частности адвоката Рылова В.А., чтобы данные вопросы не становились всеобщим обсуждением в том числе в средствах массовой информации, которые на мой взгляд однобоко преподносят информацию о данном ДТП. Однако в судебном заседании, не с нашей стороны, была поднята тема возмещения вреда. При этом информация преподносится не в полном объеме с контекстом, что мы в чем-то обманываем потерпевших, а именно обещаем выплатить Юле 1.500.000 руб. и не делаем этого. Но еще раз повторюсь, что я готов был, и готов сейчас, в случае согласия всех потерпевших на примирение купить Юле двухкомнатную благоустроенную квартиру, выплатить потерпевшей Козловой О.В. ранее оговоренную сумму компенсацию морального вреда, выплатить потерпевшему Мачневу Ф.К. разумную сумму компенсации морального вреда. При этом я считаю, что мой сын не виноват в трагедии. Поднятие вопросов о возмещении вреда было продиктовано только желанием помочь потерпевшим и прекратить гонения на моего сына. Однако мне горько, что данную ситуацию некоторые люди пытаются направить на решение всех своих материальных вопросов. Примирение стало невозможным.

Я прочитал на сайте газеты «Вятский наблюдатель» недвусмысленные намеки, что следователя Коновалова Ф.Ф. подкупили новой белой автомашиной, белым костюмом и т.п.. Я думаю, что любой здравомыслящий человек задаст в первую очередь вопрос: Если следователя «купили», то почему уголовное дело оказалось в суде? Может быть я заплатил за то, чтобы моему сыну предъявили обвинение или ходатайствовали об избрании в отношении моего сына меру пресечения в виде ареста? На всем протяжении следствия, на мой взгляд, следователь Коновалов Ф.Ф. незаконно обвиняет моего сына в совершении преступления, на его действия с нашей стороны неоднократно подавались жалобы. Со следователем Коноваловым Ф.Ф. я никогда не разговаривал ни лично, ни по телефону, видел его один раз и только в суде на аресте моего сына. Все намеки на «подкуп следователя» являются средством воздействия на людей, создания негативного отношения к моей семье. То же самое я могу сказать и о намеках на подкуп прокуратуры и суда. Кроме этого, я считаю, что данные намеки распространяются специально для того, чтобы в случае признания моего сына невиновным в совершении ДТП, все это объяснить банальным подкупом, а не тем фактом, что сын действительно невиновен. Кроме того, данные намеки являются непосредственно психологическим давлением на суд, что, на мой взгляд, недопустимо.

Оригинал