Елена Овчинникова

Ведущая радио «Эхо Москвы» в Кирове

Поедемте в нумера!

49

Хотя вполне возможно, что гипотетическое присутствие Игнатяна в природе Верхнекамья не просто обозначилось как бы случайно и как-бы само собой, а специально акцентировалось, и к слову, весьма неловко, для снятия в народе нездорового интереса к судьбе человека, осужденного за смерть троих и не сделавшего даже попытки принять раскаяние хотя бы внешне.

И сегодня, уже на пятый день неявки осужденного Игнатяна к месту приписки для отбытия наказания, определенного, как утверждают весьма компетентные и уважаемые органы, в кирово-чепецкой колонии-поселении под номером 21, как-то невнятно прозвучало, что, вроде бы, выехавши из Кирова еще в 20-х числах ноября, должен бы Эдуард Меружанович объявиться то ли в 26-ой, то ли в 32-колонии, базирующихся на территории, не так давно именуемой Вятлагом.

И вот очень хочу спросить: это мне одной кажется, или еще кто-то заметил, как невозможно трепетна наша вятская пеницитарная система, допускаю, что не вся целиком, а в лице некоторых ее представителей, к осужденному с неславянской фамилией, отпрыску богатого "армянского дядюшки"? Раньше-то мне казалось, что место отсидки и сроки прибытия этапа - дело исключительно внутренней службы, а не удел осужденного. Да, видимо, ошибалась.

И воображение тут же услужливо рисует картину, как сотрудник УФСИН (федеральной службы исполнения наказания), в поклоне, нет, низком поклоне и трепетом в голосе спрашивает: "Эдуард Меружанович, в какой колонии посидеть желаете-с"? А тот, изящно разложив ненатруженные ничем конечности по нарам от кутюр: в коже крокодила и стразах, сыто затмевающих будничное мерцание офицерских погон - и, скривив презрительные губки в нужную по ситуации конфигурацию, капризно так отвечает: "Фу-у, в 21-ю я не хочу-у. Там трубы химкомбинатовские жутко воняют, и журналисты чуть не каждую неделю бывают. Давайте-ка посмотрим, что у вас там еще по меню?"

И выясняется, что есть в Верхнекамском районе еще две колонии: 26-я, та, где отбытие наказания полно лишений и трудностей - и фу, конечно, Эдуарду не подходит, и 32-ая колония есть... И, казалось бы, совсем обычная, как все, но отчего у осужденного в безмятежном взоре вродекак счасть мелькнуло? И тут же понятливый сотрудник УФСИНа, пячась к выходу тыльной стороной, с медовой улыбкой сладко так говорит: "Ну что ж, милостивый государь, Эдуард Меружанович, 32-я, так 32-я... С превеликим нашим удовольствием".

Посмотрела я в интернете, что за колония такая №32? И действительно, ничего особенного: находится в поселке Созимский Верхнекамского района, начальником тамошним числится Юсифов Эльданиз Акпер-оглы - и всей на том информации конец. И сказать тут нечего, ведь пока местонахождение осужденного Игнатяна доподлинно неизвестно. И, похоже, не только народу, но и самим сотрудникам УФСИН. Что, казалось бы, по определению невозможно, но приходится верить в чудеса.

Оригинал