Тахир Мамедов

Член ОПРФ

Религия для общества

20

Прежде чем написать свои мысли по этому поводу, я долго колебался. Тема очень спорная и даже где-то провокационная. Есть немалый риск быть неоднозначно понятым. Но, тем не менее, считаю своим долгом изложить свою позицию по данному вопросу, поскольку считаю сферу взаимодействия Общественной палаты с представителями различных конфессий очень важной.

С того момента, как религия была объявлена вне закона, она вынуждена была, как и любая система, замкнувшись в себя, защищать свои устои, пытаясь сохраниться. Во многом это удалось ей. Несмотря на то, что были реальные гонения на представителей различных религиозных конфессий, мы знаем немало примеров того, когда вера в сверхъестественное нет-нет да выходила на первый план в произведениях культуры и искусства советского периода.

Как правило, эти эпизоды были связаны со сложными периодами нашей истории. Но, повторюсь, это были эпизоды. Религия находилась если не в подполье, то в условиях близких к нему.

После изменения общественного строя в 90-х, мы вступили в иную эру. Когда официальные конфессии получили карт-бланш на свою деятельность и шаги властей напоминали, скорее не возврат к истокам веры и духовности, а «застенчивое возвращение долгов» государства одному из общественных институтов. Этот, так сказать, реванш был так и воспринят.

Возврат всего имущества, отнятого у различных религиозных конфессий, не сопровождался, в большинстве своем, возвратом религии ее воспитательной, предупреждающий от различного рода неправедных поступков функций. Более того, у простого человека такой реванш ассоциируется с попыткой религиозных деятелей получать для себя общественные блага, используя при этом институционализированную общественную функцию.

Могу привести множество примеров из личной жизни, из опыта моих друзей и знакомых, когда официальные представители тех или иных конфессий поступали далеко не по совести, а решали «от имени всевышнего» те или иные вопросы, с которыми простой смертный встречается при своей жизни, на вполне себе материальной основе, не считаясь с возможностями обратившегося.

Я, например, жду от представителей религиозных конфессий, с одной стороны, очень немногого: следования своему предназначению - а это уже и очень много, с дугой стороны. Предназначение любой религии, на мой взгляд - это помощь человеку в имеющихся жизненных условиях не потеряться, обрести свое место в обществе, оставаться полезным и необходимым своей семье, прежде всего. Вместе с тем, религиозный деятель, как обладатель большого духовного богатства, своим примером служения не конфессиональным интересам, а народу, должен быть примером гражданина.

Считаю, что те материальные блага, которые государством возвращаются религиозным конфессиям, являются, безусловно, восстановлением исторической справедливости, и этот процесс должен сопровождаться возрастанием ответственности религии перед народом за его духовное и нравственное состояние.

Оригинал