Елена Кантор: Взяток я не брала

81

Первоисточник публикует письмо, которое накануне бывшая завкафедрой высшей математики ВятГУ Елена Кантор направила в кировские СМИ. В своём послании кандидат математических наук отвергает свою причастность к получению взятки и называет ситуацию вокруг своей персоны «подставой».



«Наверное, настало время объясниться…. Страсти кипят, сюжет закручен… По законам жанра – самое время. Я – Елена Кантор, к сожалению, не «профессор математики» – такого статуса ни в науке, ни в ВУЗах не существует, а просто – кандидат физико-математических наук.

Хочу заявить Уважаемому Заксобранию и генералу Солодовникову, осрамившему меня на всю Россию, следующее: за весь мой долгий жизненный путь в образовании (ВягГГУ, ВятГУ) никаких взяток, а тем более денег, ни за экзамены, ни за что другое я никогда не брала. Если кто имеет об этом другие сведения, пусть скажет об этом глядя мне в глаза.

Хотя нет, один раз все-таки был: лет десять назад папа студента-физика Коли Кислицина отвалил нам на факультет кругленькую сумму – 10000 рублей! На эти деньги мы всем физфаком жили лет пять, потихоньку расходуя на всякую мелочевку. Большое ему за это спасибо! Где-то он теперь… Но я полагаю, что по этому факту срок давности давно истек.

Почему уволилась из ВятГУ? Этим летом на пересдачах меня элементарно подставили: пожалела студента-заочника, который никак не мог сдать высшую математику за второй курс, и его не пускали защищать диплом. Поставила «3», рассудив так: «если уж добрался до диплома без дифференциальных уравнений и операционного исчисления, значит оно ему не очень-то и нужно», а после не выкинула из аудитории ему вдогонку оставленный пакет с бутылкой какого-то пойла. Взятка? Не факт... Тем не менее такие «проколы» ректор Пугач не прощает. Объясняй потом типа «Не виноватая я, он сам пришел!» Тем более что ситуация, как потом оказалось, отслеживалась ОБЭПом.

О реальной коррупции в образовании можно рассказать много интересного, но, поверьте, причина и корни ее совсем не в ВУЗах. Ни разу в жизни не видела денег в зачетках (картинки, которые к моей физиономии прилепили СМИ). Хотя разговоры об этом идут постоянно: всякий уже твердо уяснил: самые главные коррупционеры в нашей стране – врачи и преподаватели. Я за последние лет двадцать не видела ни одного художественного фильма, где бы декан или ректор был не сволочь, а доцент не взяточник.

Преподаватели шарахаются от пакетов с презентами, боясь потерять работу, поскольку администрация «сечет» неусыпно, и всякие «подношения» кроме досады и страха быть обвиненными во взятке никаких других эмоций не вызывают. Поверьте, мы достаточно обеспечены для того, чтобы позволить себе банку хорошего кофе и коробку дорогих конфет. И рисковать ради этого хорошей работой с приличной зарплатой никто не будет. А как «достают» ходоки с подношениями, уговорами а часто и угрозами – отдельная история.

Особая беда – детки высокопоставленных персон, на которых природа явно отдохнула и студенты – иностранцы из бывших республик, которых усиленно навязывают ВУЗам для обучения. Много интересного происходит в системе образования вообще и в высшей школе в частности. Если уважаемая редакция заинтересуется, могу рассказать. Еще хочу рассказать как меня «кололи» следователи (или оперативные работники, статус не уточнялся) в ОБЭП.

Мероприятие было без названия: то ли допрос, то ли беседа, ни о каких адвокатах и правах речь не шла. Просто подъехали на кафедру два молодых человека, показали корки и увезли собой. Начали с факта знакомства с неким Ф.. Факт подтвердился. Далее следовали вопросы типа: «а что вы делали такого-то числа в такое-то время в кабинете № … Согласитесь, спустя полгода трудно резко сообразить, о чем собственно идет речь.

Начинаю что-то экать – мекать, робко излагаю свою версию событий. Молодой человек злится, начинает меня стыдить «пожилая женщина, а врете, сами себе противоречите…», а то, что «пожилая женщина» может тупо «тормозить», видимо в голову не приходит. Если моя версия совпадает с требуемой – хорошо, едем дальше, если нет – начинай сначала…

И в таком примерно режиме почти шесть часов допроса – до девяти вечера – «беседовали» со мной трое по одному или по двое сразу. Сразу видно – парни профессионалы высочайшего класса: один суровый, другой добрый – через четыре часа признаешься английским шпионом, матерью Терезой и Остапом Бендером в одном лице. Процедура эта мне чем-то навеяла исторические события давних лет. Терпение у них – адское, хватка – железная. Пока не вытрясут то ,что надо «ну вспоминайте, вспоминайте…» будут давить свое.

В конце- концов начинаю писать под их диктовку – даты, события, фамилии, которых, естественно, просто не помню. Дело к вечеру, дает о себе знать диабет, робко прошу: «Давайте завтра продолжим, я приду». В ответ категоричное – «нет, надо все закончить». Парни довольны, поят чаем, уговаривают «вы не волнуйтесь, вся эта информация никуда не пойдет, а вы поможете привлечь к ответственности афериста ».

Уже покорно соглашаюсь и своей рукой подписываю, что ознакомлена с тем, что имею право не свидетельствовать против себя, что мне разьяснены права и обязанности, что с моих слов записано верно и т.д… Долго выясняем, коньяк какой марки был в бутылке. Поскольку я ее толком и не видела (пакет так и остался на кафедре), ляпаю наугад «Лезгинка»! Нет, говорят, такого не бывает, что-то записываем.

Про себя думаю «А зачем это?» Слава богу, все закончилось, на воздух, проклятая диабетная слабость уже ощущается в полной мере. Парни любезны и вежливы – предлагают подвезти до дома. После уже соображаю – получили все, что хотели.

А на следующий день – шквал публикаций: Елена Кантор обвиняется в получении взятки…
Ни суда, ни следствия… Одна «тройка». Звонит дочка из Москвы: «Мама, ты что, в тюрьме? Пишут что тебя задержали!».

Друзья советуют: «подай в суд на Солодовникова. Статья 128.1 (пп. 2,3) УК РФ». Другие друзья – «не связывайся, у него связи в определенных кругах». Да я, честно говоря, и сама боюсь, больно уж вид у него специфический. Хватило, знаете ли… Да и уверена – он далеко не простак и, скорей всего, всё по закону. Тем более, что явно развернута очередная кампания. А тут уж спасайся кто может! В юриспруденции я мало что смыслю: училась по другой части, но если борьба с коррупцией в ВУЗах пойдет такими методами, люди просто будут бояться нормально работать.

Все время придется оглядываться – не подслушивает ли тебя кто. Или
подглядывает, или пишет на камеру, не подсадной ли этот студент и что у него в портфеле? Мне кажется, Вузы сами вполне справились бы с этой проблемой, хотя проблема-то, по большому счету, и не в этом: в последнее время уровень школьной подготовки настолько снизился, что существенная часть студентов не в состоянии осваивать университетские программы.

Вот тут-то и начинаются всякие уловки: бутылки, коробки, уговоры, страшилки типа «А я вот папе позвоню, он скажет, и вас уволят!» Начинаешь выяснять: «А кто у нас папа?» – ответ (гордо) «Глава поселковой администрации! К нему Сам ХХХХХ на охоту приезжает!» Так что иногда рад бы и сам «проставиться», лишь бы выучили все и сдали с первого захода, чтобы не устраивать по двадцать раз пересдачи, не дергать людей летом из отпусков, тем более что ни в какую нагрузку это потом не входит.

Принимаешь пересдачи «в свое удовольствие». Но это, согласитесь, проблемы чисто внутренние : руководство вполне себе в состоянии отследить и процедуры экзаменов, и консультации, и все остальное. А вообще, как говорится, «от сумы и от тюрьмы не зарекайся!» Я бы добавила еще «и от подставы».

Текст письма