Доктор из нашего двора

Василий Галашов в профессии 55 лет, за эти годы врач помог тысячам пациентов

2504

Пасмурным выдалось утро. Просигналил домофон: дверь подъезда открылась. 7:30. Минута в минуту. Во двор вышел Василий Никитич. В светло-коричневом пиджаке и с привычным из тёмной кожи саквояжем, где инструменты, бумаги, обед.

Шёл дождь, а мы последовали к гаражу. Проскрежетал замок, затянула металлическую песню неуступчивая дверь. Пауза – и из красного железного автодома врач выехал на старой-доброй «шестёрке» цвета «баклажан». Сколько помню Василия Никитича, всегда на ней ездил.

– С какого она у вас года?

(Мой собеседник задумался.)

– В 1977-м пригнали в Котельнич из Кирова… – водитель, кажется, сам несколько удивился возрасту своего авто.

За 41 год «пробежала» машинка почти 40 тысяч километров – получается, по тысяче в год. Берёг, лишний раз не ездил.

– Сейчас сразу в больницу поедете?

– Жену отвезу в сад, а потом сразу на работу.

– Долго длится рабочий день?

– Вчера вот около восьми домой приехал. Работа, знаете, такая – стихийная. Люди приходят, каждому нужно помочь…

Случается, врач-травматолог Василий Никитич Галашов не перестаёт трудиться и по окончании рабочего дня – нет-нет да обратится сосед по дому с просьбой о помощи. Не откажет доктор – по доброте душевной. Знают врача в Котельниче, районе и за его пределами – от мала до велика. И для всех он – свой. Не одно поколение лечил, руки-ноги собирал. И продолжает это делать. Легенда.

В декабре прошлого года 77-летний медик подтвердил в Кирове свою категорию. И сейчас ведёт приём, когда с шуткой, когда еле слышно что-то напевая. Как десять лет назад, двадцать и полвека.

А ещё раньше (заглянем в детство) – мальчишкой в деревеньке за Заречным он видел, как отец лечил бурёнок и другую живность. Говорит, с любопытством наблюдал, присматривался. Да и дядя медик, работал в Кирове. Как тут не загореться профессией.

– Потом, если сам заболеешь, в медицинский пункт в Верхнее Курино возили, – улыбается Василий Никитич. – Смотрел, интересно, как люди работают.

– Но почему именно хирургия?

– Отец как-то зимой ремонт делал, топориком подтёсывал, а я подбежал, и случайно меня задело – на лбу была ранка небольшая. Потом помощь мне оказывали и йодом сожгли лоб. После этого ещё было несколько ран, когда сам уже что-то мастерил… Вот эти личные впечатления, может, и повлияли. Появилось желание лечить...

Окончив 10-летку в Котельниче, поступил в Пермский медицинский институт (в Кирове подобного высшего учебного заведения тогда не было). И вернулся в родные края не просто с дипломом, но уже с серьёзным опытом. До этого ещё несколько лет трудился в Даровском районе, причём не просто специалистом, а главным врачом.

– Опыта у меня никакого, – делится он. – Со школьной скамьи поступил в институт, а из института сразу – главный. Было мне 23 года. И главным врачом, и хирургом, и терапевтом, и акушером. А ещё надо было два жилых дома построить, найти рабочих и пр. С чего начинать? Потом потихоньку во всём разобрался.

– Никто не помогал, не советовал?

– Был 10-дневный семинар, в общих чертах, но всего-то не скажешь. Школа интересная и полезная, когда сам всё поделаешь. Появляется уверенность и понимание, что я это могу сделать.

– Но вы ведь и лечили.

– Конечно. Всё, что мог, плановое делал, оперировал. Разные случаи бывали. Помню, например, зимой, в январе, в нескольких километрах начала рожать женщина. Поехали на санях. Я – начинающий и акушерка молодая, две неумехи. Приехали, вроде, начинались схватки, а потом всё прекратилось. Надо возвращаться, роженицу взяли с собой. И вот примерно на середине пути начала рожать. Я говорю: «Подожди немножко, скоро приедем». Не может никак. Начались роды. Ребёнок появился в 20-градусный мороз. Пуповину обрезали, как положено. Завернули, пелёнкой завязали. Отошёл малыш в роддоме. И ничего не случилось, оказался здоров ребёнок. Выяснилось, было обвитие пуповины. Вот это повезло (Улыбается.)

Ещё случай был на лесопункте, в 20 км от нашей больницы. Тоже зимой. Там женщина начала рожать, закровила. Кровотечение большое, женщину надо было спасать. Поехали мы – я и гинеколог. Оперировали прямо на дому, на обеденном столе. С одной лампочкой. Кровотечение остановилось, женщину спасли. И в таких экстремальных условиях приходилось работать.

– Сколько всего операций провели?

– Где-то по 100 в год… Пять лет там... Потом тут... (Загибает пальцы. Пытается сосчитать.) Тысячи, наверное… Тысячи… А 3 августа, если всё благополучно, будет 55 лет, как работаю (Последние 20 лет В.Г. ведёт амбулаторный приём.)

– На отдых не хочется?

– Как это не работать, когда всю жизнь работал! – недоумевает доктор. – Всё равно тянет!

– Пора, пора ему на покой, – говорит супруга Валерия Алексеевна, также врач с многолетним стажем. – 78 лет.

– Нет ещё, 77, – не соглашается муж.

– Но будет, – улыбается жена.

Любопытно, что день рождения Василия Никитича 25 июня, аккурат через неделю после Дня медицинского работника, а ещё через четыре дня, 29-го, праздник отмечает жена. Валерия Алексеевна тоже более полувека отдала медицине, а на двоих профессиональный стаж супругов перевалил далеко за 100 лет! И сын пошёл по стопам родителей – успешно и плодотворно трудится в областном центре.

– Желание-то есть продолжать?интересуюсь у Василия Никитича.

– Есть, конечно, не пропало. Если не работаешь, ощущаешь какую-то пустоту, будто никому не нужен… Работа дисциплинирует, тонус придаёт, заставляет вставать вовремя, например. А самое главное – это возможность помогать людям, делать полезное дело. Человеку хорошо и мне хорошо.

Поэтому-то Василий Никитич, собрав саквояж, в 7:30 выходит из подъезда, садится в баклажановую «шестёрку» и едет в больницу. Чтобы помогать. Чтобы всем было хорошо.

Богдан Вепрёв

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ